Климатическое лечение, зимние процедуры в Ялте

zagar-zimoi-v-krimy

Благоприятными для отпуска процедур зимой доктор Михайлов считает следующие условия:
• температура воздуха не ниже нуля,
• ветер не более 6 метров в секунду,
• абсолютная ясность — солнечный диск не должен быть закрыт даже очень тонкими облаками.

Такие условия в Ялте бывают зимой в середине дня между 10 и 12 часами. В эти часы даже в облачные дни обычно показывается солнце. Считая солнечным каждый день, когда можно отпустить солнечную ванну продолжительностью не менее 20 минут, доктор Михайлов подсчитал, что таких дней в Ялте в 1947 году было в октябре 25, ноябре — 21, декабре— 18. В январе 1948 года солнечных дней зарегистрировано 18, в феврале — 14, марте — 25, апреле — 25. Если сравнить эти цифры с соответствующими данными, зарегистрированными в течение ряда лет в летние месяцы в подмосковных санаториях, то окажется, что в Крыму месяцы с наименьшим количеством солнечных дней — декабрь, январь и февраль— соответструют самым жарким месяцам лета — июню и июлю—под Москвой, где количество солнечных дней не превышает 14 и 19.

Наблюдения за 1948, 1949, 1950 и 1951 годы показывают очень небольшие отклонения от только что приведенных данных. Случается, что в феврале больше солнечных дней, чем в марте, в январе больше, чем в ноябре, но в основе картина остается неизменной — по солнечному богатству зимние месяцы в Ялте значительно превосходят летние месяцы под Москвой.

Поскольку возможно успешное проведение активных климатических процедур зимой, то холодное полугодие является также благоприятным лечебным сезоном для туберкулезных больных. Это значит, что лечебные ресурсы на курорте можно использовать в два раза лучше, чем это делалось до сих пор. Таков первый вывод из опыта военного санатория № 1.

Опыт зимнего верандного лечения и зимней гелиотерапии поставил вопрос о пересмотре понятия «зона комфорта». Прежде считали, что туберкулезным больным можно отпускать солнечные к воздушные ванны только при «зоне комфорта», т. е. при эффективной температуре от 16,7 градуса до 20,8 градуса. Эффективная температура ниже 16,7 градуса считалась зоной охлаждения, а выше 20,8 — зоной перегрева.

Доктор Михайлов назначал солнечные ванны, когда термометр показывал нуль, когда невозможно было определить эффективную температуру даже в пределах «зоны охлаждения», а больные отмечали при этом комфортные тепловые ощущения. Это значит, что «зона комфорта» — не застывшая схема, а понятие сугубо индивидуальное. В разных сезонах, в разных местностях «зоны комфорта» различны и зависят, прежде всего, от акклиматизации и закалки организма. Таков второй важный вывод из опыта активной зимней гелиотерапии.
Полковник медицинской службы Михайлов подверг ревизии не только учение об эффективных температурах и «зоне комфорта». Вся практика его работы — это коренной пересмотр всех сложившихся на курорте представлений и установок в области климатотерапии туберкулеза.

Вся терапия туберкулеза в начале XX века была терапией щажения организма. Михайлов, не отрицая щажения, когда сопротивляемость организма подорвана, не удовлетворяется «элементами закаливания» в период затихания процесса, а берет твердый курс на такое закаливание, когда организм делается способным переносить неблагоприятные условия, приспособляется к раздражающим факторам внешней среды.

Конечно, Михайлов действует весьма осторожно, подходит к больным строго индивидуально, вводит раздражающие факторы постепенно, строго их дозируя, зорко наблюдает за больным, вносит поправки в предписанный режим. Но конечная цель всегда одна и та же — сделать организм больного выносливым. Михайлов по-новому раскрыл значение моря в комплексном климатическом лечении туберкулеза и указал, как надо пользоваться теми огромными целебными силами, которые оно в себе таит.

Южное побережье Крыма со времен профессора Боткина считается лучшей климатической станцией для лечения туберкулезных больных. Сомнений в этом никогда и ни у кого не возникало. Но, избрав этот приморский курорт местом для лечения туберкулеза курортологи, климатологи и фтизиатры не только отрицали терапевтическую ценность моря, но и считали его опасным соседом для туберкулезного больного. Море, по их мнению, таит две опасности—во-первых, является источником сырости и, во-вторых, — источником простуды при купании туберкулезного больного.

Михайлов подошел к проблеме использования моря иначе. Он поставил вопрос: какие климатотерапевтические ресурсы имеет морской берег. В научной литературе по этому вопросу имелось очень мало данных. Лишь профессор Голубов в 1932 году высказал гипотезу, что благоприятные результаты лечения туберкулеза на Южном берегу Крыма, видимо, зависят от химического состава воздуха приморья, содержащего соли кальция, калия, магния, хлора, иода, брома и других компонентов морской воды. Эти соли, как предполагал проф. Голубов, раздражают легочную ткань, оживляют ее, усиливают процессы рубцевания. Однако гипотеза проф. Голубова никем не была проверена.

Михайлов рассуждал: если вдыхание солей морской воды и чистого озонированного воздуха благоприятно влияет на организм (не только на легкие, но и на нервную систему и, прежде всего, центральную), то надо дать больному по возможности длительную ингаляцию этим целительным воздухом у самого моря. Как же это сделать, не нарушая санаторного режима? Решение было оригинально: вывезти больных на пляж для ночного сна; это даст возможность держать их на берегу моря в течение 8—9 часов непрерывно; за эти часы через легкие пройдет около 4000 литров воздуха.

Михайлов учитывал, что у моря нет духоты, которая в жаркие месяцы мучает людей на суше даже ночью, и нет москитов, от которых так страдают больные. В 1947 году он отобрал группу больных и стал каждую ночь вывозить их ночевать на пляж. В 11 час вечера они на автобусе отправлялись туда и ложили спать под легким тентовым навесом. В 7 часов утра подъем, измерение температуры, физкультурная зарядка солнечные и воздушные ванны, купание в море. В 8 часов утра автобус увозил больных в санаторий. У всех больных повысился общий жизненный тонус, появилась бодрость. Они настойчиво подчеркивали ощущение «обновления организма».

Крым. Ялта, Санаторий "Ореанда"

Крым. Ялта, Санаторий "Ореанда" до 1950 года

Эти субъективные ощущения подтверждаются и объективными данными: у всех улучшилась работа сердечной мышцы, увеличилась емкость грудной клетки, повысился аппетит, больные хорошо прибавляли в весе, у них уменьшился или совсем исчез кашель.
Было отмечено излечение эксудативных плевритов, исчезновение у некоторых больных туберкулезных палочек в мокроте, уменьшение каверн и даже полная их ликвидация. Показатели анализов крови улучшились. У больных не было ни малейших осложнений и неблагоприятных климатических реакций.

Было еще одно обстоятельство, которое Михайлов по достоинству оценил лишь значительно позже. Часто больные, возвращаясь в санаторий, после завтрака ложились и спали непробудным сном до обеда, и к обеду их приходилось будить. Чем это объяснить? В составе морского воздуха есть по крайней мере три вещества, усиливающих торможение коры головного мозга — бром, магний и озон. Они-то и вызывали этот длительный глубокий сон, который сам по себе является прекрасным лечебным средством при туберкулезе. Н. З. Михайлов назвал этот метод лечения морской аэротерапией.

Морская аэротерапия - сон у моря

Морская аэротерапия - сон у моря

Responses are currently closed, but you can trackback from your own site.

Comments are closed.

© 2011—2015 Лечение в санаториях Крыма. Использование информации допускается только со ссылкой на http://medcrimea.ru/

Яндекс.Метрика